Мир Времени

Скорпиус отложил нож, вытер пальцы о салфетку и посмотрел на родителей с выражением, которое делало его старше своих семи лет.

— В кино, — сказал он.

Драко моргнул.

— Куда?

— В кино, — повторил Скорпиус терпеливо, будто объяснял что-то очевидное. — Там показывают фильмы. На большом экране. В темноте. С попкорном.

Драко перевёл взгляд на Гермиону. Она смотрела на сына с таким лицом, будто он только что предложил полететь на Луну.

— Скорпиус, откуда ты знаешь про кино? — спросила она.

— Нам мистер Стивенс рассказывал. Про магловские развлечения. Он говорил, что это очень интересно. Что там движущиеся картинки, но они не живые. Их играют люди. Актёры. И звук идёт со всех сторон, и можно есть попкорн. — Мальчик произнёс последнее слово с особым удовольствием.

Лира тут же подхватила:

— Да! Давайте в кино! Я хочу посмотреть на движущиеся картинки! Мам, ну пожалуйста!

— Это в магловском Лондоне, — сказала Гермиона осторожно. — Нам нельзя в волшебную часть. Но в магловскую… — она задумалась, — вообще-то можно. Если быть осторожными. И не привлекать внимания.

Она посмотрела на Драко.

Он сидел с абсолютно непроницаемым лицом, но в глазах у него было что-то похожее на панику.

— Малфой, ты когда-нибудь был в кинотеатре?

— Разумеется, нет, — ответил он сухо. — Зачем мне смотреть на движущиеся картинки, когда у меня есть настоящая магия?

— Потому что это весело, — сказала Лира.

— Потому что это интересно, — сказал Скорпиус.

— Потому что детям нужно развлечение, — сказала Нарцисса от двери, и все обернулись. Она стояла, прислонившись к косяку, со сложенными руками и лёгкой улыбкой на губах. — Я присмотрю за домом. Идите. Развейтесь.

Драко открыл рот, чтобы возразить, но в этот момент в столовую с хлопком влетела Тинки.

— Хозяин! — пискнула она. — К вам господин Теодор Нотт. Он говорит, что… — эльфийка замялась, комкая фартук, — что не хочет быть один.

Гермиона и Драко переглянулись.

Через минуту Теодор стоял в дверях столовой. Он выглядел помятым — рубашка не первой свежести, под глазами тени, волосы взъерошены. Он явно не спал. И явно не хотел объяснять почему.

— Простите, — сказал он, не глядя ни на кого конкретно. — Я… — он замолчал, подбирая слова.

— Ты не хочешь быть один, — закончила за него Лира. — Мы знаем. Тинки сказала.

Теодор посмотрел на девочку.

— Да, — сказал он просто. — Не хочу.

Лира вскочила со стула и подбежала к нему.

— Пойдём с нами в кино! — заявила она, схватив его за руку. — Там движущиеся картинки! И попкорн!

— Куда? — переспросил Теодор.

— В кино, — сказал Драко, и в его голосе прозвучало что-то среднее между обречённостью и смирением. — Мы идём в магловский кинотеатр. Грейнджер объяснит, что это такое.

Гермиона вздохнула.

— Хорошо, — сказала она. — Идём все. Но сначала я переоденусь.

Она поднялась и вышла из столовой.

Драко смотрел ей вслед.

Он не хотел смотреть. Он приказал себе не смотреть. Но взгляд сам пошёл за ней — к двери, к коридору, туда, где она исчезла.

Через двадцать минут Гермиона вернулась.

Она надела лёгкий топ на тонких бретелях — нежно-голубой, почти прозрачный по краю, — который открывал ключицы и линию плеч. Светлые брюки сидели низко на бёдрах. Волосы она собрала в небрежный пучок, из которого выбивались кудри.

Драко поперхнулся чаем.

Он закашлялся, отвернулся, уставился в окно. Но было поздно. Перед глазами уже стояло другое — её кожа, её ключицы, её шея. Во сне он целовал именно это место. И теперь, глядя на неё наяву, он чувствовал, как всё внутри сжимается от невозможности сделать это снова.

— Ты в порядке? — спросила Гермиона.

— Да, — выдавил он. — Чай горячий.

Теодор посмотрел на него с недоумением, но промолчал.

Дети уже прыгали у дверей. Лира надела своё любимое жёлтое платье, Скорпиус — рубашку и жилет. Они выглядели как маленькие лорды, случайно забредшие в реальный мир.

— Итак, — сказала Гермиона, оглядев всех. — Мы идём в магловский Лондон. Правила простые. Не колдовать. Не упоминать магию. Не смотреть на людей как на экспонаты. И держаться вместе.

— А как мы туда попадём? — спросил Скорпиус.

— Аппарируем в глухой переулок. Оттуда пешком.

Драко кивнул. Теодор тоже.

Они вышли из Мэнора.

Гермиона сосредоточилась, и через секунду они стояли в узком переулке, пахнущем сыростью и старым кирпичом. Впереди, за поворотом, шумела улица. Настоящая, магловская. С машинами, фонарями, спешащими людьми.

Драко и Теодор переглянулись.

— Мы точно уверены? — тихо спросил Теодор.

— Уверены, — сказала Лира и потащила его вперёд.

Кинотеатр оказался старым зданием с яркой вывеской и стеклянными дверями. Внутри пахло попкорном — тёплым, масляным, сладким. Драко принюхался и нахмурился.

— Что это за запах?

— Попкорн, — сказала Гермиона. — Кукуруза. Её взрывают, и она становится вот такой.

— Взрывают? — переспросил Теодор с тревогой.

— Вкусно, — сказала Лира. — Я хочу!

Дети подбежали к кассе. Гермиона подошла следом. Драко и Теодор остановились у стойки с едой, глядя на огромные машины, из которых сыпались белые хлопья.

— Что это? — спросил Драко, указывая на аппарат.

— Попкорн, — повторила Гермиона. — Хочешь попробовать?

— Я не знаю, что это.

— Тогда попробуешь.

Она купила четыре больших ведра попкорна и четыре стакана газировки. Драко взял ведро с осторожностью, будто оно могло взорваться.

— И что с этим делать? — спросил он.

— Есть, — сказала Лира, закинув в рот горсть. — Смотри!

Драко посмотрел на неё. Потом на Теодора. Потом зачерпнул несколько хлопьев и отправил в рот.

Он замер.

— Это… — он прожевал. — Это вкусно.

— Я же говорила, — сказала Гермиона.

Дети выбрали фильм. «Дети шпионов». Скорпиус объяснил, что это про детей, которые работают шпионами, и там много взрывов и погонь.

— Звучит опасно, — сказал Теодор.

— Это не по-настоящему, — успокоила его Гермиона. — Это игра.

Они вошли в зал.

Темнота обступила их, мягкая и плотная. Экран был огромным — белым, пустым, ждущим. Драко сел рядом с Гермионой. Теодор — с другой стороны. Лира и Скорпиус устроились в креслах слева.

Свет погас.

И экран ожил.

Драко вздрогнул. Теодор схватился за подлокотники.

На экране появились люди. Они двигались, говорили, смеялись. Но они были не здесь. Они были там. Внутри экрана.

— Что это? — прошептал Драко.

— Фильм, — ответила Гермиона. — Просто смотри.

Он смотрел.

Сначала настороженно. Потом с недоумением. Потом — с восторгом.

Когда на экране взорвался вертолёт, Драко подался вперёд. Когда дети-шпионы обвели взрослых вокруг пальца, он усмехнулся. Когда героиня в очередной раз спасла брата, он пробормотал:

— Неплохо.

Теодор рядом с ним жевал попкорн с таким лицом, будто находился в другом мире. Он не отрывал глаз от экрана. Иногда его рука замирала на полпути ко рту, и он забывал жевать.

— Они не используют магию, — прошептал он Гермионе.

— Нет.

— И всё равно побеждают.

— Да.

— Как?

— Умом, — сказала Гермиона. — И смелостью.

Теодор замолчал. И снова уставился на экран.

Когда фильм закончился, свет зажёгся, и Драко сидел, не двигаясь. Он смотрел на пустой экран так, будто ждал продолжения.

— Это… — он покачал головой. — Это было…

— Круто! — закончила Лира.

— Да, — сказал Драко. — Круто.

Гермиона улыбнулась.

— А теперь, — сказала она, — у меня есть ещё один сюрприз.

Она повела их в соседний зал — тёмный, гудящий, полный мигающих огней и странных машин.

— Что это? — спросил Теодор.

— Игровые автоматы, — сказала Гермиона. — Можно играть.

Драко подошёл к ближайшему автомату. На экране бегали маленькие человечки. Он нажал кнопку. Человечек прыгнул.

Драко замер.

Потом нажал ещё раз.

Человечек прыгнул снова.

— Тео, — позвал он, не отрывая глаз от экрана. — Иди сюда.

Теодор подошёл. Через минуту они уже вдвоём стояли у автомата, нажимая кнопки с сосредоточенностью, достойной лучшего применения.

Лира и Скорпиус нашли автомат с гонками. Гермиона стояла в стороне и смотрела на них.

На Драко, который впервые в жизни играл в видеоигру.

На Теодора, который смеялся, когда его человечек падал в пропасть.

На детей, которые кричали от восторга.

Она улыбнулась.

И на мгновение — всего на мгновение — ей показалось, что всё будет хорошо.